Храмы и монастыри

Очерк по истории Ипатьевского монастыря в XX веке

КАК ЭТО БЫЛО...

Начало XX лека подавало самые радужные перспективы в развитии Ипатьевского монастыря как духовно-исторического центра, церковно-народного музея-храма, осознание его роли в   истории государства и монархии. В нём проходили историко-археологические съезды, на которых присутствовали провинциальные и столичные учёные, искусствоведы, историки, которые собирались для обмена информацией, знакомства с исследованиями в области исторической науки и археологических изысканий. С созданием 3 июня 1912г. в Костроме Церковно-Исторического Общества, было положено основание церковно-исторического музея в стенах Ипатьевского монастыря, в палатах бояр Романовых. Многие из священных предметов находившихся в ризнице монастыря: иконы-складни, кресты, сосуды, памятники древнего шитья, рукописи и старопечатные книги, представляли, безусловно, историческую, и культурную редкость, являлись раритетами, относящимися к ХIV-ХVIвв.

Святые и Святыни

Архимандрит Димитриан (Соколов Дмитрий Иванович, 1869-1938)

Родился в 1869 году в слоб. Решма, Кинешемского уезда (Ивановская обл., Кинешемский р-н), Костромская губернии в семье священнослужителя.

Окончил Духовное училище и некоторое время обучался в Костромской духовной семинарии.

В 1900 -1919 гг. пострижен в монашество, рукоположен в иеродиакона и иеромонаха в Свято-Троицкой Сергиевой Лавре Дмитровский уезда  Московская губернии.

Статьи

Репрессии Советской власти против Истинно-Православной Церкви как повод для уничтожения церковной организации в Костромской епархии.

«К свободе призваны вы братия» (Гал. 5, 13)

Истинно-Православная Церковь, название которой закрепилось в начале ХХ веке за теми, кто вначале противопоставлял себя живоцерковникам и раскольникам[1], затем перешло на последователей митрополита Ленинградского Иосифа (Петровых), объединяло разных людей, основной идеологической платформой которых было неприятие политики государства направленной на разрушение Церкви, насилие над свободой человека исповедующего религию, и на тенденцию подчинения Церкви безбожному государству. Как утверждает М. В. Шкаровский, «именно владыка Иосиф ввел термин «Истинно-Православная Церковь», употребив его в 1928 г. в одном из своих писем[2], отметив, что такое название имеет Церковь свободная от государственного насилия. Идеологической основой движения «иосифлян», ставших затем называться приверженцами ИПЦ, было неприятие курса митрополита Сергия, который выступая за легализацию отношений с государством, по мнению некоторых архиереев, священства и мирян, «допустил вмешательство гражданских властей» в дела и прямое порабощение Церкви[3]. Временный Священный Синод, возглавляемый заместителем Местоблюстителя митрополитом Сергием указом от 6 августа 1929 года фактически приравнивал последователей ИПЦ к обновленцам и григорианам, объявляя недействительными совершенные ими таинства и указывая принимать вернувшихся через Миропомазание[4]. Как указывает Шкаровский, сами иосифляне себя раскольниками не считали и действительно ими не были, т.к. не пытались создать параллельную Церковь, считали главой Русской Православной Церкви Патриаршего местоблюстителя митрополита Петра (Полянского) и не создавали особенных обрядов. Главной их, стратегической целью было привлечение большего количества сторонников в Высшее церковное управление, и возглавление его[5]. По мнению митрополита Иоанна (Снычева), который свидетельствовал о массовости иосифлянского движения «непоминающих» «многие их тех пастырей, которые в годы борьбы с обновленчеством показали себя стойкими борцами за чистоту православия, выступили против митрополита Сергия». По мнению владыки Иоанна, митрополит Сергий и возглавляемый им Синод допустили серьезную тактическую ошибку, т.к., большинство верующих было неподготовлено к новому курсу Русской Церкви на сближение с государством, осуществляющим антирелигиозную политику[6]. Однако, исходя из открытых, на данный момент, материалов, свидетельствующих о беспрецедентном нажиме на митрополита со стороны, в том числе и карательных органов, следует сказать, что вряд ли митрополиту Сергию было дано время на подготовку паствы к принятию как Декларации, так и курса направленного на легализацию Церкви в СССР, отраженного затем в Постановлении ВЦИК и СНК РСФСР «О религиозных объединениях».