Храмы и монастыри

Троице-Сыпанов Пахомиево-Нерехтинский женский монастырь

Село Троица близ города Нерехты.

Троице-Сыпанов Пахомиево-Нехтский монастырь был основан во торой половине XIV века преподобным Пахомием Нерехтским. Преподобный родился во Владимире, в то время столице великого Владимирского княжества, в семье священника Никольской церкви Игнатия, его мир-кое имя — Иаков. Согласно житию, преподобный принял монашество очень рано — в 12 лет — во владимирском монастыре Рождества Богородицы, одном из главных монастырей Руси, где в 1263 году был погребен великий князь Владимирский Александр Невский.

Святые и Святыни

Монахини Феоктиста (Кулакова, 1902-1988), Палладия (Кулакова, 1906-1983), Анастасия (Кулакова,1909-2002).

Монахиня Феоктиста (в миру Мария Андреевна Кулакова), 1902 г.р., д. Минино Любимского узда Костромской губернии. С раннего детства пожелала служить Богу. Вместе с сестрами следовала наставлениям иеромонаха Железноборовского монастыря Иоасафа (Сазанова), была его духовной дочерью. Являлась насельницей тайного монастыря в Любимском р-не. 24 декабря 1932 года вместе с сестрами была арестована и обвинена в «религиозном возбуждении учения иеромонаха Иоасафа; организации нелегальных монашеских келлий; распространении антисоветской и антиколхозной агитации». 26 апреля 1933 года приговорена к 5-ти годам лишения свободы. Похоронена на городском кладбище в Костроме.

Статьи

Отречение от веры. Мировоззренческая убежденность или сумма обстоятельств? К теме ренегатства 1960-х годов.

Аннотация: В статье, на примере отречения от религиозных убеждений священника И. Н. Кубина дается анализ его «мировоззренческому перевороту». На основании архивных данных показаны действительные мотивы, которые двигали Кубиным пожелавшим, чтобы его антирелигиозные откровения были опубликованы: они находились в сфере бытовой заинтересованности. Логика действий Кубина показывает, что его поступок был актом досады в отношении астраханского епископа, с которым у него не сложились личные отношения, что и выразилось впоследствии актом «отречения». Таковые психологические ситуации были использованы  властями в антирелигиозных целях, но негативно отобразились на судьбе «пострадавших» бывших священнослужителей. Их жизненные ситуации были использованы властями в качестве пропагандистского приема, оставив безразличным отношение в судьбе «обиженных» церковной властью ренегатов.