Легитимизм – краеугольный камень монархической идеи
(доклад на вечере-встрече с редакцией журнала «Трибуна русской мысли» «Монархия и престолонаследие» 20 ноября 2010 года в Международном фонде славянской письменности и культуры)
(доклад на вечере-встрече с редакцией журнала «Трибуна русской мысли» «Монархия и престолонаследие» 20 ноября 2010 года в Международном фонде славянской письменности и культуры)
В стихотворении «14 декабря 1825 года» Ф. И. Тютчев назвал декабристов «жертвами мысли безрассудной» и указал на причины этого «безрассудства»:
Вас развратило Самовластье,
И меч его вас поразил... i
13 января 1902 г. в газете «Россия» был опубликован фельетон известного писателя Александра Амфитеатрова «Господа Обмановы». В нем под видом описания родовой вотчины «Большие Головотяпы, Обманово тож» и его хозяина Ники-милуши содержалось более чем очевидное обличение правящей династии Романовых и самого государя Николая II. После появления этого фельетона газета была закрыта, а его автор отправлен в ссылку.
Царствование императора Николая II было ознаменовано попытками проведения реформ, направленных на стабилизацию политической и социально-экономической обстановки в стране, которые в целом не увенчались успехом. Половинчатость и непоследовательность отличала и реформы в сфере церковного устройства. Однако, как справедливо отмечал на Юбилейном Архиерейском Соборе 2000 года председатель Синодальной комиссии по канонизации святых митрополит Крутицкий и Коломенский Ювеналий « церковная политика Императора не вышла за рамки традиционной синодальной системы управления Церковью. Однако именно в царствование Императора Николая II дотоле два века официально безмолвствовавшая церковная иерархия получила возможность не только широко обсуждать, но и практически подготовить созыв Поместного Собора.»1 Широко распространен и рассказ о том, что император Николай II якобы хотел сам стать Патриархом, с целью чего планировал по соглашению с императрицей оставить престол своему сыну и учредить при нем регентство из императрицы Александры и великого князя Михаила, и неофициально беседовал об этом с членами Синода2, но официально данный вопрос не обсуждался.
Адекватное толкование ветхозаветного текста — проблема, с которой столкнулась христианская Церковь с самого начала своего существования. Актуальная проблема экзегетического анализа Священного Писания (и книги Иисуса Навина, как составной части Священного Писания) отсутствие понимания основных методов толкования, а соответственно и малая изученность данных текстов.
Неопубликованные описи Макарьево-Унженского монастыря 1613 и 1624 гг. содержат исключительную по ценности информацию, которая позволяет реконструировать древнейшее убранство храмов обители, гробницы ее основателя, иконографию ранних икон и произведений прикладного искусства, связанных с преп. Макарием. Эти документы наглядно демонстрируют огромную популярность костромского святого в России первой четверти XVII в.
Документы Макарьево-Унженского монастыря хранятся в Государственном архиве Костромской области[1]. Фонд Макарьево-Унженского монастырясильно пострадал при пожаре архива, но древнейшие описи не сгорели. Сохранились описи 1613 г. и 1623-1624 гг., которые были частично использованы И.К.Херсонским. Древнейшая опись была произведена, когда монастырское хозяйство принимал игумен Зосима (1613-1625). Обновление обители началось незадолго до этого, в конце XVI в., после назначения в монастырь строителем старца Давида Хвостова.
Подробнее...Родился Владимир Павлович Соколов в с. Урень, Ветлужского уезда Костромской губернии (ныне Нижегородская область) в семье настоятеля Троицкой церкви с.Урень о.Павла Соколова. Окончил Костромскую Духовную семинарию в 1904г. В 1905г. рукоположен во иереи и назначен священником Преображенской церкви в г.Судиславль Костромской губ. В 1912г. назначен учителем Закона Божия в мужской и женской гимназиях г. Ветлуги, прихода не имел, но совершал службы в Ветлужских храмах по воскресным и праздничным дням.
Подробнее...Как это не покажется кому-то странным, но философия в своей длительной истории так до сих пор и не разобралась с понятием, называемым совестью. Принято считать, что если слово часто повторяется в общениях людей друг с другом (письменном и устном), то мы заведомо знаем, что это такое: и если не знаю этого я сам, то наверняка знают об этом другие, более компетентные люди. Возникает ложный стыд незнания того, что якобы знают другие, а раз так, то и я прикинусь знающим то, что сам же и употребляю.
Подробнее...