Имя владыки Варлаама (в миру Виктора Степановича Ряшенцева, 1878- 1942) нельзя назвать ни неизвестным, ни забытым. Только запрос в сети Интернет даёт свыше 1700 страниц ссылок на всевозможные сайты. Такую известность он приобрел из-за участия в так называемом «ярославском расколе», когда в ответ на известную «Декларацию» 16/19 июля 1927 г., направленную на фактическую поддержку безбожной власти, владыка 6 февраля 1928 г. в составе группы архиереев Ярославской епархии, возглавляемой митрополитом Агафангелом (1854-1928), подписал встречную декларацию об отделении от Заместителя Патриаршего Местоблюстителя митрополита Сергия (Страгородского)[1].

Из книги «Не медь звенящая»

Дай мне, Боже, соловьиное дыханье,
Чтобы, славя и мучительно любя,
Донести я мог любовь свою стихами,
В мир явившимися только для Тебя.

Наиболее древнее из дошедших до нас произведений русской письменности, лежащее в основании не только литературы России, но и отечественной традиции богословия, философии, истории и, в целом, социальных наук – «Слово о Законе и Благодати» св. Митрополита Киевского Иллариона. В этом есть нечто промыслительное. Проблема соотношения и взаимосвязи Закона и Благодати рассматривается под разными углами зрения во всем христианском мире на протяжении веков. Но именно в нашем Отечестве этот вопрос явился корневым. Из него, по сути дела, начало расти древо национальной культуры.

Освободившись от идеологического прессинга, историки смело вторгаются в ранее запретные темы, заново постигают сущность минувших событий, устраняя прежние ошибки и предубеждения, движутся к правде, обосновывая ее новыми фактами и аргументами. Такое закономерное переосмысление исторических событий коснулось и судьбы семьи бывшего императора Николая II, что позволило на основе новых факторов выдвигать и обосновывать различные версии ее трагической гибели.