Здравствуйте, батюшка. Подскажите, пожалуйста, как правильно обращаться к батюшке в церкви (в какое время, в какой день)? И есть ли еще какие-то моменты, кт нужно знать? Спасибо. Полина

Автор: Прот. Дмитрий Сазонов. .

Уважаемая Полина! Вопросы обращения к священнику лежат в области церковного этикета. В церковной практике не принято приветствовать священника словами: "Здравствуйте". Надо обратиться: «Благословите!».

В третьем лице, ссылаясь на священника, обычно говорят: "Отец настоятель благословил", "Отец Михаил считает...". Но режет слух: "Иерей Федор посоветовал". Хотя на многоклирном приходе, где могут оказаться священники с одинаковыми именами, для различения их говорят: "Протоиерей Николай в командировке, а иерей Николай причащает". Или же в этом случае к имени добавляется фамилия: "Отец Николай Маслов сейчас на приеме у Владыки".

Сочетание "отец" и фамилия священника ("отец Кравченко") употребляется, но редко и несет оттенок официальности и отстраненности. Знание всего этого необходимо, но порой оказывается недостаточным по причине многоситуативности приходской жизни.

Как поступить, если вы встретились со священником на улице, в транспорте, в общественном месте (в приемной мэра, магазине и т.п.)? Даже если он в гражданской одежде, вы можете подойти к нему и взять у него благословение, видя, конечно, что это не помешает его делу. В случае невозможности взять благословение ограничиваются легким поклоном.

При прощании, как и при встрече, мирянин вновь испрашивает благословения у священника: "Простите, батюшка, и благословите".

Отношение мирянина к священнику как носителю благодати, полученной им в Таинстве Священства, как лицу, поставленному священноначалием пасти стадо словесных овец, должно быть исполнено почтительности и уважения. При общении со священнослужителем необходимо следить за тем, чтобы речь, жесты, мимика, поза, взгляд были благопристойными. Это значит, что в речи не должны встречаться экспрессивные и тем более грубые слова, жаргон, которыми полна речь в миру. Жесты и мимика должны свестись к минимуму (известно, что скупая жестикуляция есть признак воспитанного человека). В разговоре нельзя прикасаться к священнику, фамильярничать. При общении соблюдают определенное расстояние. Нарушение дистанции (чрезмерно близкое нахождение к собеседнику) есть нарушение норм даже и мирского этикета. Поза не должна быть развязной, тем более вызывающей. Не принято сидеть, если священник стоит; садятся после предложения сесть. Взгляд, который обычно менее всего подвластен сознательному контролю, не должен быть пристальным, изучающим, ироничным. Очень часто именно взгляд - кроткий, смиренный, потупленный - сразу же говорит о человеке воспитанном, в нашем случае - церковном.

Все подробности Вы можете узнать расспросив о них у служителей храма, либо у самого священника.

Храмы и монастыри

Две рязанские обители

Предисловие

Первые Григоровы-рязанцы – младшие потомки испомещенного Великим князем Московским Иоанном 111 Васильевичем в 1495 году по Можайску Василия Иванова сына Григорова, не получившие доли в родовом поместье.

Подробнее...

Святые и Святыни

Протоиерей Лозинский Ростислав Романович (1912 - 1994)

Родился Ростислав Романович Лозинский 29 января 1912 года во Пскове. В 1929 году окончил 3 класса гимназии в эстонском городе Тарту. С 1929 по 1934 год учился на богословском факультете Тартутского университета, по окончании, которого в августе 1934 года рукоположен во диакона, затем во иерея, настоятель Троицкой (Штиглицкой) церкви города Нарвы, за месяц до этого Лозинский вступил в брак и получил степень кандидата теологии.

Подробнее...

Статьи

Репрессии Советской власти против Истинно-Православной Церкви как повод для уничтожения церковной организации в Костромской епархии.

«К свободе призваны вы братия» (Гал. 5, 13)

Истинно-Православная Церковь, название которой закрепилось в начале ХХ веке за теми, кто вначале противопоставлял себя живоцерковникам и раскольникам[1], затем перешло на последователей митрополита Ленинградского Иосифа (Петровых), объединяло разных людей, основной идеологической платформой которых было неприятие политики государства направленной на разрушение Церкви, насилие над свободой человека исповедующего религию, и на тенденцию подчинения Церкви безбожному государству. Как утверждает М. В. Шкаровский, «именно владыка Иосиф ввел термин «Истинно-Православная Церковь», употребив его в 1928 г. в одном из своих писем[2], отметив, что такое название имеет Церковь свободная от государственного насилия. Идеологической основой движения «иосифлян», ставших затем называться приверженцами ИПЦ, было неприятие курса митрополита Сергия, который выступая за легализацию отношений с государством, по мнению некоторых архиереев, священства и мирян, «допустил вмешательство гражданских властей» в дела и прямое порабощение Церкви[3]. Временный Священный Синод, возглавляемый заместителем Местоблюстителя митрополитом Сергием указом от 6 августа 1929 года фактически приравнивал последователей ИПЦ к обновленцам и григорианам, объявляя недействительными совершенные ими таинства и указывая принимать вернувшихся через Миропомазание[4]. Как указывает Шкаровский, сами иосифляне себя раскольниками не считали и действительно ими не были, т.к. не пытались создать параллельную Церковь, считали главой Русской Православной Церкви Патриаршего местоблюстителя митрополита Петра (Полянского) и не создавали особенных обрядов. Главной их, стратегической целью было привлечение большего количества сторонников в Высшее церковное управление, и возглавление его[5]. По мнению митрополита Иоанна (Снычева), который свидетельствовал о массовости иосифлянского движения «непоминающих» «многие их тех пастырей, которые в годы борьбы с обновленчеством показали себя стойкими борцами за чистоту православия, выступили против митрополита Сергия». По мнению владыки Иоанна, митрополит Сергий и возглавляемый им Синод допустили серьезную тактическую ошибку, т.к., большинство верующих было неподготовлено к новому курсу Русской Церкви на сближение с государством, осуществляющим антирелигиозную политику[6]. Однако, исходя из открытых, на данный момент, материалов, свидетельствующих о беспрецедентном нажиме на митрополита со стороны, в том числе и карательных органов, следует сказать, что вряд ли митрополиту Сергию было дано время на подготовку паствы к принятию как Декларации, так и курса направленного на легализацию Церкви в СССР, отраженного затем в Постановлении ВЦИК и СНК РСФСР «О религиозных объединениях».

Подробнее...