| | vivaspb.com | finntalk.com

«Монастырские слуги» и «монастырские детёныши»

Автор: Н.Ф. Басова. . Опубликовано в Статьи

О монастырских слугах и детёнышах документы заговорили тогда, когда они стали играть в монастырском хозяйстве довольно заметную роль. Их использовали на разных работах, как внутри монастыря, так и за его пределами: они были конюхами, пастухами, сторожами, рыболовами, бортниками, ремесленниками и т.п. По мере увеличения территории монастыря, в связи со строительством новых пристроек, зданий, конюшен, амбаров и т. д., росло и число монастырских слуг. Они получали от монастыря жильё, одежду и продовольствие, частично также и денежное вознаграждение, обычно в виде подарков к Рождеству, Пасхе, Троице или в день святых апостолов Петра и Павла. Эта группа людей состояла из обедневших крестьян, которые уже не могли и не хотели обрабатывать свои земельные наделы, из слобожан, инвалидов войны и т. д. В XVII веке монастырские слуги обычно заключали с монастырем устный договор или письменную порядную запись (письменное обязательство о вступлении во временную феодальную зависимость с перечислением условий работы).

Детёныши – это одна из самых любопытных категорий лиц, живших на монастырских землях, которая в XVI – XVII веках, в связи с резким увеличением собственной монастырской запашки, подвергалась нещадной эксплуатации и попадала в кабальную зависимость от монастырей. С одной стороны, это были взрослые люди, обедневшие крестьяне и бобыли; они обрабатывали монастырские поля, косили, были рыболовами. Благодаря денежным вспомоществованиям от монастырей они обзаводились собственными дворами или получали запустелые дворы беглых и задолжавших крестьян. С другой стороны, большая часть детёнышей (особенно в XVII в.) происходила из сирот или детей монастырских крестьян и бобылей.

Привлекая детёнышей на свою пашню, монастырь имел некую выгоду перед светскими землевладельцами: у него было большее количество рабочих рук и он мог смело утверждать, что для обработки своей земли, не отвлекает плательщиков государственных податей – крестьян, а свою землю на себя, на собственный обиход, «пашет собою». Правительство различало эти два способа обработки монастырской пашни, потому крестьян оно облагало податями, а детёнышей освобождало от податей и оброков, так как свою повинность монастырю они исполняли работой. [9, 147].

Земельная вотчина Костромского Ипатьевского монастыря сложилась в основном в XV – XVIвеках. В конце XVIвека по данным сотниц 1598 – 1600 годов «Костромская вотчина Ипатьева монастыря состояла из 3 погостов, 3 слобод, 10 сел, 10 селец, 266,5 деревень, 17 починков, в которых насчитывалось: 23 двора монастырских детёнышей, 684 крестьянских двора (767 крестьян), 365 бобыльских дворов (442 бобыля), 36 пустых дворов, 117 пустошей» [11, № № 5144; 5147].

Монастыри издавна выступали в роли приютов для бездомных детей, которые эксплуатировались в их хозяйстве. «Дети» имелись в католических и византийских монастырях. Русские детеныши впервые упоминаются в документах Волоколамского монастыря в 1547 году, но это не значит, что их не было ранее.

Расходные книги костромского Ипатьевского монастыря середины XVI века упоминают о детёнышах в связи с выдачей им наёмной платы за целый год: «…от збора до збора на год детёнышу Гаврилку Фёдорову дано найму семь алтын, да ему же дано на рубашки и на рукавицы, и на нагавицы на год четыре алтына, на летние коровнику Гаврилку и с женою дано им на год на рубашки шесть алтын, да им же дано за пуд соли три алтына без двух денег. От Евдокеина дни до Евдокеина дни на год детёнышу Первушке Иванову дано ему на год найму полосьма алтына, да ему же дано на рубашки и на нагавицы, и на рукавицы на летние полпята алтына» [8, 7].

Иногда для них устраивались настоящие сиротские дома. Например, в Соловецком монастыре в 1636 году в подобном доме жило около 300 детей, выполнявших легкие монастырские работы: в огороде, на монастырской кухне и т. п. Крестьяне, в особенности бобыли, с радостью отдавали своих детей – мальчиков в монастырь. Вначале они выполняли легкую работу, потом женились на крестьянских девушках, обзаводились собственными дворами, работали на монастырских полях, но в документах продолжали числиться монастырскими детёнышами – по традиции и по фискальным соображениям.

Несмотря на то, что эта категория часто упоминается в монастырских документах, у нее не было четко очерченных границ. В исторической литературе нет отчетливой характеристики этой группы лиц, в ней не прослежено ни ее возникновение, ни история её становления. Неясность происходит оттого, что в документах, так же, как и в литературе, о детёнышах говорится по – разному: то они фигурируют в одном ряду с монастырскими слугами, и значит, выполняют такие же работы для монастыря, как и слуги, то детёныши оказываются крестьянами, работающими на земле. Жили они и внутри монастырских стен, и в монастырских слободах, иногда у них были даже свои дворы в монастырских деревнях; работали они и как ремесленники.

Иеромонах Арсений в специальной статье о слугах Троицко - Сергиева монастыря мимоходом касается и вопроса о детёнышах. «Что касается детёнышей, - пишет он, - то это, кажется, были круглые сироты, монастырских крестьян дети», попадавшие в монастырь во время «несчастных годин» [1, 8. Примеч. 21]. А.А. Спицын считает детёнышей бобылями [10, 34 - 45].

По мнению Доброклонского, « детёныши – это люди, живущие на монастырских работах, отличающиеся по своему положению и от монастырских слуг и крестьян: детёнышей, - пишет он, - встречаем на разных работах в монастыре и в монастырских сёлах – один на стороже, другие – бегауля, третьи живут во дворах и пашут на монастырь землю… Может быть, это были безродные сироты, приёмыши, воспитанные монастырём. Различаясь на первых порах, они вероятно, с течением времени (при известном возрасте, семейном и экономическом положении) верстались по желанию в рядовые крестьяне или сливались с монастырскими слугами, с которыми сами сходились и по положению. …Кажется, иногда они сохраняли своё прежнее прозвание детёныша и тогда, когда достигали зрелого возраста и имели взрослых детей и зачислялись в крестьянскую общину» [4, 33 - 34].

М.А. Дьяконов приводит неопровержимые доказательства тому, что детёныши не холопы даже и тогда, когда они не наёмные работники на срок. Он признаёт одну прослойку детенышей, которых называет крепостными, но и крепость эту он объясняет не состоянием детёныша, как такового, а тем, что это дети крестьян и бобылей и «крепки по своему крестьянству или бобыльству, т. е. по тем же основаниям, на которых создавалась крестьянская крепость». «По общему правилу, - совершенно справедливо замечает М.А. Дьяконов, - церкви и монастыри в московское время рабами не владеют [5].

В конце XVI Iвека детёныши вместе с другими, до сих пор не платившими податей категориями земледельческого населения, были положены в тягло. Петр Великий завершил начатое до него дело.

В описании Костромского Богоявленско – Анастасииного монастыря, составленного историком Иваном Баженовым, перечислены имена знатных бояр и князей, сделавших богатые вклады в монастырь. Самый богатый вклад принадлежал боярам Салтыковым. И. Баженов пишет: «В XVII веке монастырь был достаточно обеспечен и собственными доходами, получавшимися от вотчин и угодий, которых тогда за ним числилось немало. Так известно, что в 1621 году царем Михаилом Федоровичем пожалована монастырю Пищальная в Костроме слободка (ныне между Сергиевскою и Богоявленскою улицами) [в наши дни – ул. Красноармейская и ул. Симановского - Б.Н.] для поселения монастырских слуг, обязанных исправлять ежедневные работы в монастыре. В описях так упоминается о ней: «за посадом к убогому дому слободка Пищальная, а владеют власти по государеве цареве и великого князя Михаила Федоровича всея России грамоте за приписью дьяка Андрея Степанова 129 году, что им дана против вкладных полянок (т.е. она была в смежности с Полянскою слободою, принадлежавшую Троице – Сергиевой лавре) и селятся в ней монастырские детёныши. Пашни паханые худые земли монастырские десять четвертей с осьминою в одном поле, а пашут на монастырь» [2, 31].

В «Летописи Костромского Богоявленского монастыря» указано ещё одно место для проживания монастырских слуг: «…Да Богоявленского монастыря (в Костроме же) слободка Андреевская на реке на Костроме на Ипатской стороне, а живут в ней монастырские служебники и всякие нищие люди…» [7, II - III].

Интересные сведения о детенышах содержатся и в «Книге ключей и оброков Иосифо - Волоцкого монастыря 1547 – 1560 годов», найденная М.Н. Тихомировым в 1928 году в Волоцком монастыре. [6, 51].

В этом источнике с исчерпывающей полнотой приводится из года в год перечень всего обслуживающего монастырь персонала, в том числе и детёнышей. Благодаря записям в «Книге ключей» мы без особого труда можем проследить сроки проживания детёнышей в монастыре, размер их заработной платы, имена поручителей, в роли которых могли выступать родители и родственники: братья, племянники, дядья и т. д.

Несколько раз там упоминается «детин дворец» или «детина изба». Под датой 1 июля 1554 года в книге записано: «… дано Быку, который за детьми ходит за 10 месяцев за прошлую от Покрова лета 7062 10 алтын и вперёд от июля первого числа до Покрова лета 7062 гривна» [6, 51]. Бык – это начальник детинной избы. Значит, «дети» живут в особом помещении под наблюдением специально поставленного для этого лица. «Книга ключей» даёт возможность понять кто живет в «детинном дворце», на каких условиях, и в конечном счете, что из себя представляет эта самая многочисленная группа монастырских работников.

Вот какой вывод делает в своей работе, посвященной монастырским детёнышам, академик Б.Д. Греков:

  1. В монастырских хозяйствах в момент возникновения и расширения собственной запашки были использованы люди, с детства попадавшие на иждивение монастырей. Отсюда появление термина «монастырский детёныш».
  2. Монастырскими детёнышами стали называться и работники, привлеченные по найму для обработки собственной монастырской пашни.
  3. Функциями сельскохозяйственных работников обязанности детёнышей не исчерпывались. Среди детёнышей есть и ремесленники, и слуги, выполняющие различные поручения монастырской администрации.
  4. Монастырским детенышам соответствуют в светских вотчинах категории работников, привлекаемые на работу, либо в виде открытого найма, либо в замаскированной форме серебреничества (особая форма феодальной зависимости, которая устанавливалась через «серебро», т. е. деньги выдавались вперёд под условием уплаты их с процентами) [3, 84].

Библиографический список

  1. Арсений, иеромонах Доклады, грамоты и другие акты Троицкого Сергиева монастыря о служках // ЧОИДР. – 1867. - Кн. 3. – С. 8. Примеч. 21.
  2. Баженов И. Костромской Богоявленско - Анастасиинский монастырь: исторический очерк. – Кострома: [б. и.], 1895. – II; 171; XXII с.
  3. Греков Б.Г. Монастырские детёныши // Вопросы истории. – 1945. – № 5 / 6. – С. 74 – 84.
  4. Доброклонский А.П. Солотчинский монастырь, его слуги и крестьяне в XVII веке // ЧОИДР. – 1888. – Кн. 1. – С. 33 – 34.
  5. Дьяконов М.А. Очерки из истории сельского населения в Московском государстве: XVI – XVII вв. - М.: Книжный дом «Либроком», 2011. – VI; 348 с.
  6. Книга ключей и долговая книга Иосифо – Волоколамского монастыря XVI века / под ред. М.Н. Тихомирова и А.А. Зимина. – М. – Л.: Изд – во АН СССР, 1948. – 171 с.
  7. Летопись Костромского Богоявленского монастыря, написанная после разгрома в 1609 году. Напечатана по рукописи XVIIIвека / предисл. А. Титова. – М., 1909. – 55 с.
  8. Лихачёв Н.П. Отрывок из расходных книг Костромского Ипатьевского монастыря около 1553 года. – СПб: [б. и.], 1895. – 15 с.
  9. Смолич И.К. Русское монашество. Возникновение, развитие, сущность. (988 – 1917). Жизнь и учение старцев (путь к совершенной жизни). – М.: Церковно-научный центр «Православная энциклопедия», 1997. – 607 с.
  10. Спицын А.А. Оброчные земли на Вятке в XVII веке. – Казань, 1892. – 49 с.
  11. Шумаков С. Сотницы грамоты и записи. - М.: Издание   Императорского о-ва истории и древностей российских при Москов. ун – те, 1903. - Вып. 2. Костромские сотницы 7068 – 7076 гг. – М., 1903.– 35 с.

Храмы и монастыри

Восстановление Сретенской церкви в г. Кинешма

Храм расположен в Ивановской области., г. Кинешма, ул. Ленина, 71А. Он представляет собой кирпичную церковь, сооружённую в 1770-х на средства первого кинешемского фабриканта  Г. И. Таланова. Бесстолпный одноапсидный пятиглавый четверик с декором  в духе зодчества XVII в. с поставленной к северо-западу от него колокольней, под которой был устроен Харалампиевский придел. В XIX в. перестроены боковые Введенский и Симеоно-Аннинский приделы, в главном храме второй престол в честь Боголюбской чудотворной иконы Божией Матери. Кладбище внутри церковной ограды.

Подробнее...

Святые и Святыни

Святыни земли Ярославской

Ярославская земля богата святынями, через которые Господь явил народу нашему Свою Милость.

Подробнее...

Статьи

Вклад Святителя Игнатия (Брянчанинова) в русское доматическое богословие

Среди плеяды иерархов составивших цвет русского богословия есть имя святителя Игнатия, чьи богословские труды постоянно изучаются, всегда востребованы, всегда современны. Она написаны ясным и понятным для каждого верующего человека языком, языком любви к Богу и человеку. Главной особенностью богословских истин изъясняемых им является то, что роднит их с богословием святых отцов – их молитвенная основа, опыт аскетики, что придает им вневременный характер. Его заслуга не в том, что он открыл нам нечто, что не знал мир до него, но он открыл нам Бога не через научные изыскания или чужой опыт, он открыл Бога через свой опыт, и этот опыт стал близким для русского человека.

О свойствах Божиих святитель Игнатий говорит в своих трудах: «Аскетические опыты» и «Слово о смерти». Утверждая святоотеческое учение о том, что Бог есть всесовершеннейший Дух, трансцендентный тварному миру, святитель пишет: «Но в собственном, точном смысле один Бог — Дух. Он, как Существо всесовершенное, вполне отличается естеством Своим от естества тварей, как бы они ни были, сравнительно с другими тварями, тонки и совершенны. Нет существа одноестественного Богу! И потому, кроме Бога, нет другого духовного существа по естеству».1

 

Подробнее...